Первый заместитель председателя Государственной налоговой администрации Украины — начальник налоговой милиции Виктор Шейбут обещает, что налоговая нагрузка снизится, но лишь тогда, когда восстановится экономика. И, судя по планам налоговой, доживут до этого не все.

Недавно зампредседателя ГНАУ Сергей Лекарь заявил о том, что за выплату зарплаты в конвертах нужно наказывать не только работодателей, но и работников. Вы поддерживаете эту инициативу?

- Думаю, наемные сотрудники должны нести не уголовную, а административную ответственность. По оперативным данным, в Украине 50% зарплаты выплачивается в конвертах, что приводит к недопоступлению денег в Пенсионный фонд и местные бюджеты. Сейчас ответственность за выплату зарплаты в конвертах предусмотрена ст. 212 Уголовного кодекса («Уклонение от уплаты налогов»). Но мы же не хотим превратить всю страну в зону. Так что выход один — штраф.

Что ждет руководителей — штраф или арест?

- Мы арестовываем только в случае, если существует угроза того, что руководители предприятия могут скрыться или повлиять на ход следствия. Самое главное — вернуть деньги. Аресты и количество уголовных дел — это не самоцель.

К примеру, недавно было возбуждено уголовное дело против руководства крупного кондитерского предприятия — «Житомирські ласощі». Мы получили информацию о том, что его сотрудникам по ведомостям выплачивали минимальную зарплату, а в конвертах они получали доплату. Использовалась следующая схема: от имени сотрудников были заключены договоры с фирмой «Ренессанс» о предоставлении консультаций по производству кондитерских изделий. За эти консультации сотрудники и получали доплату в конвертах. Но работники знать не знали о фирме «Ренессанс». Мы уже провели обыски по месту жительства и работы учредителей компании, изъяли договоры, допросили сотрудников предприятия. Выясняем, как долго длилась афера. По предварительным данным, предприятие недоплатило только в ПФ более 3 млн грн. Но пока под стражу не взяли никого. (данный момент уже известно о задержании директора «Житомирськіх ласощів» Евгения Гамова — прим.ред. )

Каким предприятиям будет уделено больше всего внимания в ходе борьбы с зарплатой в конвертах?

- Поиск таких компаний — это прежде всего наше оперативное мастерство. Но могу сказать, что особое внимание привлекают успешные предприятия, где у работников по ведомостям зарплаты ниже минимальных. К примеру, берем компанию, в штате которой сто сотрудников. Убеждаемся, что там действительно трудится столько человек: утром и вечером считаем, сколько людей приходит и уходит (плюс­минус пять-шесть сотрудников, ушедших раньше или позже). Потом проверяем фонд заработной платы, благосостояние отдельных работников и делаем выводы. А в день зарплаты приходим на предприятие, и все становится ясно: именные конверты разложены и ждут своих владельцев. Кроме того, у нас есть источники оперативной информации — многие сотрудники не скрывают тот факт, что получают зарплату в конвертах, понимая, что это плохо.

Кроме борьбы с зарплатой в конвертах, какие еще есть приоритеты у налоговой милиции?

- Мы проводим операцию «Бюджет», в ходе которой ликвидируются схемы ухода от уплаты налогов, а также предотвращается незаконное возмещение НДС. Кроме того, совместно с таможней проводится широкомасштабная операция «Щит» — наведение порядка с уплатой налогов во внешнеэкономической сфере. Под особым контролем — импорт дорогостоящих товаров.

Об импорте каких товаров идет речь?

- Может быть, вы обратили внимание на то, что в Киеве закрыты магазины, торгующие брендовыми швейцарскими часами. Интересный факт: брендовые часы продаются в магазинах по цене от $50 тыс. до $500 тыс., но у таможни нет никакой информации о том, что такие дорогие часы пересекали границу Украины за последние три года. К тому же у нас были заявления граждан о том, что при покупке часов не выдавались чеки. А это первый признак нелегального происхождения товара. Нам эти факты стали интересны, и мы «взяли их в работу». Выбрали для проверок магазины в шести регионах: помимо Киева, это Донецкая, Днепропетровская, Харьковская, Одесская и Львовская области. Наши сотрудники совершили контрольные покупки в магазинах. Первое, что подтвердилось, — невыдача чеков. А затем мы поинтересовались, откуда в магазине товар на десятки миллионов гривен, и не получили ответа. Органами налоговой милиции было изъято более 6 тыс. элитных часов на сумму 216 млн грн, а еще 617 единиц товара на 35 млн грн. Сертификаты производителей есть, мы проверили — часы подлинные. СБУ возбудила уголовное дело по факту контрабанды.

Какие товары попадут в поле зрения налоговой вслед за часами?

- Если я назову какой-­то товар, сразу могут начать закрываться магазины. Таких товаров немало. По словам председателя Гостаможслужбы Игоря Калетника, из 100% обуви, поступающей в Украину, 90% — резиновая. Но мы ведь не ходим ни в галошах, ни в резиновых сапогах. Откуда же брендовая обувь в наших магазинах? На переучет уже закрылся магазин Louis Vuitton — Игорь Калетник заявил, что ни один товар под этой маркой официально в Украину не импортировался, и кто-­то информацию уже довел до собственников магазина. Это не смешно, а страшно. Товары идут безо всяких документов.

Кроме проверок магазинов, какие методы вы планируете использовать для борьбы с уклонением от уплаты налогов при импорте?

- Мы уже знаем, как бороться с контрабандой, но методы пока в разработке. Приведу один пример, как можно бороться с нелегальным импортом, даже не находясь на границе. Сейчас любая иностранная бытовая техника по закону должна иметь гарантийный талон. Как правило, это напечатанный на принтере бланк, на котором от руки написано наименование товара. Но можно сделать гарантийный талон документом строгой отчетности, напечатать его на бумаге со специальной защитой и голограммой. Стоимость такого талона будет всего 27–30 коп., мы можем выдавать бланки даже бесплатно. И если предприниматель декларирует импорт техники в количестве 2 тыс. шт., то в таком же количестве получит и гарантийные талоны. А в случае, если мы зайдем в магазин с контрольной закупкой и вместо гарантийного талона установленного образца нам выдадут ксерокопированную бумажку, мы точно будем знать — это контрабанда.

Активизировалась ли борьба с конвертационными центрами?

- В 2009-м было разоблачено четыре организованные преступные группировки, а за три месяца этого года — также уже четыре. Речь идет о преступных организациях, в которых роли были четко распределены между участниками: организаторы, кассиры, финансисты, водители, вооруженная охрана.

Услуга обналичивания денег подорожала?

- По нашей оперативной информации, раньше обналичивание стоило 0,5% от суммы. Сейчас цена повысилась до 0,7–0,8%.

Возвращаясь к арестам — вы были одним из руководителей налоговой милиции во время расследования самого резонансного дела, связанного с заключением под стражу группы менеджеров, — дела банка «Славянский» в 2000–2001 гг. Может ли что-­то подобное повториться сейчас?

- Тогда я был начальником Управления по борьбе с коррупцией и безопасности в органах Государственной налоговой службы, но дело действительно происходило на моих глазах. Сейчас без работы я тоже не останусь. Таких, как банк «Славянский», у нас уже три финструктуры. Это средние финучреждения, которые были частью преступной схемы и использовались как инструмент для вымывания бюджетных средств. Мы знаем, что некоторые высшие руководители банков действовали сознательно. Будем возбуждать по факту уголовные дела, а сейчас мы на стадии документирования по факту хищения бюджетных средств.

Говорят, что взятка за возмещение НДС составляет 20–30%. Так ли это?

- Мне известны эти цифры, но подтвердить я их не могу, потому как официальных заявлений от предпринимателей о том, что кто-­то требует взятки, у нас не было. Но действительно среди бизнесменов ходили разговоры об откатах в 25–30%.

Согласно распоряжению премьера, с лета мы будем возмещать НДС автоматически. Чтобы деньги не получили мошенники, мы разделили субъекты предпринимательской деятельности на три категории. Первая — те, кто ни разу не был уличен в нарушениях, в частности металлургические предприятия-экспортеры. Они находятся в зеленой зоне. Вторая — предприятия с оборотом свыше 70 млн грн, относительно которых у нас есть некоторые сомнения. Таких структур — 2,7 тыс. и они находятся в годовом плане проверок. И третья категория — компании, которые уже были задействованы в различных незаконных схемах, в их декларациях по НДС мы уже находили большие расхождения. Таких насчитывается 27,8 тыс. К ним будет особый подход.

И этот подход уже дал результаты: если в январе–марте ежемесячно заявок на возмещение НДС подавалось где-­то на 5 млрд грн, то в апреле — всего на 1,4 млрд грн.

Из этого можно сделать вывод, что более половины из 31 млрд грн заявленного к возмещению НДС — это фиктивные суммы?

- Думаю, что сомнительные суммы составляют 20–25%.

Будет ли налоговая милиция больше проверять малый бизнес?

- Премьер четко дал понять, что малый бизнес вообще нужно оставить в покое. Толку от него никакого: доначисленные 100–200 грн — не деньги для бюджета. Будем проверять только предприятия с оборотом свыше 70 млн грн в год.

В правительстве неоднократно заявляли о том, чтобы ввести налоговые каникулы для малого и среднего бизнеса.

- Налоговые каникулы для малого бизнеса — это то, что мы не будем его трогать. Очень много небогатых людей держат киоски — для них это единственный источник дохода. Поэтому прийти и закрыть этот киоск на время проверки, чтобы человек не смог торговать хотя бы дня три, — неправильно.

Хотя это палка о двух концах. Предприниматели, которые торговали брендовыми часами, так­же были на едином налоге. Но они же не пилят часы, чтобы продать их и попасть в разрешенное окно — 500 тыс. грн. Они сидят на едином налоге, а продают товары на миллионы гривен. Только в одном столичном магазине мы изъяли 195 часов на сумму 74,6 млн грн, в другом — 605 шт. на 75 млн грн. Поэтому нужно отделять зерна от плевел.

В некоторых случаях малый бизнес серьезно нарушает закон. К примеру, в Киеве выявлено более 10 тыс. малых архитектурных форм (МАФ), не имеющих ни разрешений на торговлю, ни лицензий на продажу спиртных напитков, сигарет. Эти МАФы продают контрабандную продукцию, иногда даже опасную для здоровья. Вот с этим надо бороться. Но это не значит, что мы будем бомбить все киоски. Мы делаем акцент только на работу с большим бизнесом.

Как вы считаете, не чрезмерна ли налоговая нагрузка на экономику — она составляет порядка 30,9% ВВП (с учетом ПФ — 42% ВВП)? Если ГНАУ все-­таки реализует свои инициативы, не остановятся ли предприятия?

- Никто не будет душить предприятия, однако необходимо использовать непопулярные меры, чтобы вывести страну из экономического коллапса. А когда экономика восстановится, налоговая нагрузка снизится. В 2003–2004 гг., когда Николай Азаров возглавлял экономический блок правительства, она снижалась.