«Наша цель — позаботиться не только о сегодняшнем, но и о завтрашнем дне. К сожалению, это означает, что мы должны стать не такой крупной организацией», — обратился в письме к сотрудникам Harvard Business School (HBS) декан школы Джей Лайт.

К началу нового учебного года увольнения коснутся 13% персонала. Двадцатью специалистами пожертвовало и издательское направление Harvard Business School, приносившее школе вместе с корпоративными программами около 50% доходов. На сокращения штата решился и декан Stanford GSB Дэн Рудольф, уволивший 12% сотрудников. Эндаумент-фонд школы (формируется за счет пожертвований компаний и бывших студентов), средства которого частично были вложены в акции, земельные участки, недвижимость, похудел с начала 2009-го на 30%. Университет вынужден сократить свой бюджет на $100 млн и заморозить зарплаты сотрудников на 2010 год. Но на самом деле у мировых центров образования дела вовсе не так уж плохи.

Студентов досчитались

Хотя бизнес школ пострадал от кризиса, самый тяжелый период — 2008 год — университеты уже пережили и даже начали восстанавливаться от потрясений, которые были спровоцированы несколькими факторами. Многим школам пришлось приостановить программы кредитования будущих студентов. Даже топовые альма-матер столкнулись с невозможностью подписания договоров с банками о кредитовании. В США с началом кризиса финансовые организации отказывались от участия в федеральной семейной образовательной кредитной программе (FFEL), но уже в марте 2009-го университеты возобновили работу с финучреждениями. К примеру, в Duke, где кредитная программа была заморожена на протяжении полугода, иностранные студенты снова могут получить образовательный заем под 8,5% годовых. В некоторых университетах процентная ставка повысилась до 11% — это не такие выгодные условия, как раньше, но все же лучше, чем ничего. «Школы, которым не удалось договориться с банками, до сих пор испытывают трудности, ведь обычно 60–70% студентов финансируют свое обучение за счет заемных средств», — говорит управляющий партнер компании MBA Strategy Дмитрий Бондарь.

Доходы бизнес-школ начали падать также из-за сокращения корпоративных программ. Практически все высшие учебные заведения столкнулись с оттоком студентов на программах еxecutive МВА (для топ-менеджеров) и part-time МВА (для работающих специалистов), обучение на которых оплачивали в основном компании. «На время рецессии корпорации предпочли сокращать затраты на обучение персонала», — объясняет Дмитрий Бондарь. К тому же специалисты боятся за свои рабочие места, поэтому предпочитают не злить своих работодателей просьбами об отпуске на время сессий.

В отличие от еxecutive МВА и part-time МВА классический двухгодичный и одногодичный МВА, предполагающие обучение на стационаре, оплачивают в основном сами студенты. Спрос на эти программы не снижается и даже, напротив, растет. Потери в корпоративном сегменте будут хотя бы частично перекрыты дополнительными доходами от full-time МВА. Все большую привлекательность приобретают и относительно недорогие магистерские программы: Master in Finance, Master in Economics и т. д.

Во время кризиса желающих получить бизнес-образование всегда становится больше. Одни лишаются работы, другие строят долгосрочные карьерные планы, а третьи стремятся во время кризиса инвестировать только в себя. Эти люди и становятся основными кандидатами на получение бизнес-образования во время рецессий. Взаимосвязь между спадами в экономике и динамикой спроса на обучение заметили уже давно.

В сентябре прошлого года, когда кризис набирал обороты, количество зарегистрировавшихся абитуриентов на сдачу экзамена GMAT — обязательного при поступлении на МВА — увеличилось на 16% относительно 2007 года. Подобный рост наблюдался и в 2000-м, когда перегретый рынок интернет-компаний стал причиной кризиса. Уже в 2001 году студентов, штурмовавших бизнес-школы, было на 20% больше, чем обычно. «Специалисты используют период неопределенности для углубления знаний, чтобы предстать перед работодателем во всеоружии, или пытаются таким образом пересидеть кризис», — объясняет исполнительный директор kmbs Светлана Чернышова.

На 2009 год школы также возлагали большие надежды, и, похоже, их ожидания оправдались. Так, в Booth School of Business Чикагского университета отмечают рост посещаемости сессий информационного характера на 20%. В The University of Oxford’s Said Business School кандидатов прибавилось на 30%. А число заявок в Duke в 2009-м увеличилось на 20% в годовом исчислении. Конкурс растет: на 400 мест претендует 3500 абитуриентов, хотя раньше их было не более 2700–2800. Сменить сферу деятельности, пройдя обучение по программе МВА, стремятся специалисты, работавшие в финансовом секторе. Именно в этой отрасли сформировалась наибольшая армия безработных.

Спрос на западные программы МВА сохраняется и в Украине. «Обычно лето — это мертвый сезон: абитуриенты начинают готовиться к поступлению, как правило, в сентябре–октябре. А в этом году рынок, находившийся в состоянии анабиоза до апреля, вдруг выстрелил. Люди поняли, что экономика не рухнула, и интерес к обучению вновь проснулся. Летом мы начали получать заказы на подготовку к поступлению в западные бизнес-школы», — рассказывает Дмитрий Бондарь.

Но как только рынок начнет выздоравливать, погоня за деньгами и карьерным ростом возобновится, а интерес к школам опять поубавится.

Новые работодатели

На рынке труда выпускников бизнес-школ исчезли целые сектора, в частности, инвестиционный банкинг, куда ранее уходило 20–40% студентов этих учебных заведений. Однако пока даже возможные трудности с поиском работы не пугают будущих студентов. Как показало исследование MBA Career Servicer Council, предложений о работе у выпускников 2009-го стало меньше в среднем на 14% по сравнению с 2008 годом. К примеру, в испанской Instituto de Empresa число объявлений о вакансиях снизилось на 30%. Сложности при трудоустройстве возникают из-за попыток компаний экономить на дорогом управленческом персонале.

Замерший кредитный рынок и массовые увольнения в финансовом секторе, снижение потребительских расходов, повлекшее за собой спад в производстве товаров и услуг, заставляют искать работу в других отраслях. «Мир все еще нуждается в МВА, но спрос на выпускников смещается в пользу нетрадиционных для бизнес-школ секторов», — полагает Кип Харрелл, президент MBA Career Services Council. Более половины студентов ищут вакансии в производственной сфере, энергетических и фармацевтических компаниях, и только 43% выпускников не оставляют попыток устроиться в финансовой отрасли.

«Понятно, что пул компаний, чаще всего нанимающих специалистов со степенью МВА, за кризисный год разительно изменился», — говорит Дмитрий Бондарь. Студенты, тешившие себя надеждами попасть в инвестиционный банкинг, начали массово подавать резюме в консалтинговые компании еще в октябре прошлого года. Посещаемость собеседований, организованных фирмами по управленческому консалтингу в Нью-Йоркском университете Stern прошлой осенью, возросла на 80%. Фавориты выпускников — фирмы, которые специализируются на стратегическом консалтинге (McKinsey, Boston Consulting Group, Bain & Company). Продолжают нанимать бывших студентов крупнейшие игроки FMCG-сектора, к примеру, Johnson & Johnson, Procter & Gamble. Спрос может повыситься и со стороны технологических компаний, в том числе Microsoft и Google.

Но сейчас выпускники вынуждены мириться с ограниченными возможностями карьерного роста и увеличением сроков окупаемости инвестиций в образование. Раньше они могли претендовать на большие бонусы, теперь же готовы отказываться от значительной прибавки к зарплате, лишь бы получить работу в солидной компании. Если мировые корпорации не выйдут из режима экономии в течение еще одного года, целесообразность наличия диплома об окончании престижного заведения для многих окажется сомнительной.

Дорога в Азию

Западным бизнес-школам приходится справляться не только с последствиями кризиса, но и с растущей конкуренцией со стороны азиатских учебных заведений. Местные жители региона уже начинают отдавать предпочтение своим альма-матер. К примеру, в 2009 году Бостонский университет столкнулся со снижением потока абитуриентов из Индии и Южной Кореи. Студенты из Азии раньше ездили на учебу в США или Западную Европу, но экономики, к примеру, Китая или Индии, настолько быстро меняются, что, вернувшись через год-два домой, специалисты оказывались в совсем другой стране. Появилась потребность в получении образования в собственных бизнес-школах. Иностранные студенты тоже стремятся попасть в китайские и индийские школы. Возможно, рецессия лишь ускорит экспансию азиатских бизнес-школ на мировом рынке образования. Ведь некоторые из тамошних университетов уже несколько лет находятся в двадцатке сильнейших в мире.

Азиатский регион — один из немногих, демонстрирующих рост, несмотря на глубокий кризис, в котором находится глобальная экономика. Искушение воспользоваться возможностями огромного растущего рынка будет возникать у большего количества студентов. «Работать в Китае очень интересно», — признает Светлана Чернышова. Центр бизнес-образования, который всегда находился в США, может сместиться на Восток, особенно если там возникнет новый мировой финансовый центр. Но это долгосрочная тенденция — консервативный по своей природе рынок бизнес-образования в одночасье так существенно измениться не может.

Одно из преимуществ азиатского образования — относительно невысокая стоимость: лучшие европейские и американские программы MBA обходятся в $70–150 тыс., тогда как азиатские — в $40–45 тыс. Внимание иностранных абитуриентов приковано к CEIBS (Китай), которая занимает 8-е место в мировом рейтинге программ МВА. Стоимость курса обучения, рассчитанного на 18 месяцев, — $45 тыс. И хотя студенты-иностранцы пока не могут брать кредит в Поднебесной, в школе существуют стипендии. Правда, претендовать на них могут лишь 20–30 человек в год. Китайское правительство активно финансирует развитие бизнес-школ, европейская и американская профессура не отказывается от шанса поработать в Поднебесной. В CEIBS почти 70% профессоров — граждане других стран, 37% студентов — иностранцы.

В 2007 году в рейтинг Financial Times вошла Indian School of Business, причем попала сразу в мировую двадцатку лучших МВА-программ. Ее создали правительство Индии и несколько международных компаний, а также три мировые бизнес-школы — Kellogg, Wharton и LBS. В 2009-м школа поднялась на пять ступенек в рейтинге и заняла 15-е место по сравнению с 2008 годом. Следующий в этом списке — Hong Kong University of Science and Technology (HKUST). В университетах Гонконга более интернациональный состав, чем в китайских школах. На классических программах МВА занимается 30–70% иностранцев, однако учиться здесь дороже. Программа HKUST предназначена для тех, кто планирует специализироваться в области финансов и IT-менеджмента. Обучение стоит $48,7 тыс., однако если подсчитать затраты на проживание и учебную литературу, получится приличная сумма — $64 тыс. При этом требования к студентам при поступлении на программы МВА мало отличаются от условий вступления в западные вузы. К примеру, средний балл по GMAT у студентов HKUST составляет 550–700, по TOEFL — не менее 600, стаж работы — три-пять лет.

В целом качественные азиатские MBA или EMBA несущественно отличаются от европейских и американских — их главная приманка в том, что обучение проходит на огромных быстроразвивающихся рынках.

Есть в азиатских бизнес-школах и свои минусы. Обучение в восточных университетах нужно в первую очередь тем, кто планирует сделать карьеру в регионе. Кроме того, уровень стартовых зарплат здесь ниже. К примеру, годовая зарплата выпускника CEIBS, по данным Financial Times, достигает $137 тыс., Wharton — $170 тыс., London Business School — $147 тыс., испанской INSEAD — $148 тыс. Зато по динамике роста доходов выпускников азиатские школы впереди планеты всей — прирост зарплат за последние три года составляет 60–70%.

Новый продукт

Несмотря на то, что сейчас наблюдается приток студентов на стационарные программы МВА (решение учиться в западной бизнес-школе принимается не за один день, студенты готовятся к этому заранее, в том числе и материально), уже в следующем году университеты могут столкнуться с падением спроса в этом сегменте. Ведь в 2009-м во многих отраслях произошло снижение зарплат, что ограничит финансовые возможности потенциальных студентов на будущий год. Впрочем, деканы не унывают. «Мы не прогнозируем резкого сокращения количества поступающих. Люди планируют обучение в течение нескольких лет и рассматривают его как ключевой шаг в карьере, поэтому экономическая волатильность отсеет лишь наименее заинтересованных кандидатов», — утверждает Джей Клатер, глава вступительной комиссии Пенсильванского университета Wharton.

Сегодня, по словам Ольги Штиль, старшего консультанта рекрутинговой компании Brain Source International, лишь некоторые работодатели упоминают о том, что степень МВА — значительный плюс при устройстве на работу. Специалист с дипломом был востребован именно в период роста. «Теперь же самый главный вопрос: насколько адекватно в программах МВА будет отражен антикризисный блок, то есть блок дисциплин, который включал бы в себя работу с кризисными явлениями в экономике», — считает специалист.

Пока бизнес-школы в срочном порядке обновляют свои программы, чтобы не потерять актуальность и тем самым не отпугнуть абитуриентов. Все больше университетов вводят курсы по риск-менеджменту. В программах появляются свежие кейсы. В Harvard Business School уже подготовлен кейс по поглощению Bear Stearns финансовой организацией JPMorgan Chase. Кроме того, в университете работают над созданием еще двух кейсов, связанных с крахом Lehman Brothers и инвестициями Уоррена Баффетта в Goldman Sachs. Нью-Йоркский университет добавил курс лекций по Великой депрессии. В Джорджтауне представили курс «Изменяющаяся структура финансовых рынков: прошлое, настоящее и будущее финансового рынка». Но, к сожалению, школы лишь догоняют события, реагируя на них по факту, однако не могут опередить их, и тем более предсказать, какие специфические знания могут быть востребованы в ближайшие годы.