Иллюстрация http://www.sxc.hu

Ограниченный доступ к заемному финансированию снижает возможности компаний осуществлять инновации, выяснили экономисты. Поэтому бедные страны никак не могут догнать богатые по уровню доходов

Один из простейших экономических вопросов, который задают себе далекие от экономической науки люди после поездки в страну развитого капитализма, — почему люди там работают примерно так же и столько же, но зарабатывают на порядок больше? Почему номинальный ВВП на душу населения в США в 2008 году составлял 47 тыс. долларов в год, а в Украине — всего четыре тысячи? Да, стартовые условия были неравные, но после распада СССР прошло два десятка лет, многие предприятия обновили промышленные мощности и переходят на западные стандарты ведения бизнеса, а догнать Запад по доходам никак не получается. И ведь мы еще не в самой бедной стране живем.

Ответ находится в плоскости производительности труда. «Производительность — это не всё, но в долгосрочной перспективе — почти всё. Способность страны улучшить со временем стандарты жизни почти полностью зависит от ее способности повысить отдачу на одного рабочего… После Второй мировой войны экономика США почти удвоила свою производительность за 25 лет. Ветераны этой войны могли наслаждаться благами, о которых их родители и не мечтали», — писал в 1992 году экономист Пол Кругман, лауреат Нобелевской премии по экономике 2008 года.

Простейший способ проанализировать производительность с поправкой на условия — сравнить эффективность компаний с местным и иностранным капиталом, работающих в одной стране. На эту тему есть множество исследований, в том числе и по Украине. Например, Мария Акулава пришла к выводу[1], что работающие в нашей стране иностранные компании демонстрируют бóльшую производительность. А Ольга Билык обнаружила[2], что компании, собственниками которых являются инвесторы из развитых стран, обычно более прибыльны. Хотя случались и отклонения. Например, Антонине Царук не удалось доказать[3], что иностранные банки эффективнее украинских.

Отдельно исследовались причины разброса продуктивности. Как на производительность влияют инновации, изучала[4] Татьяна Павленко. Она выяснила, что расходы на инновации зависят от производительности компании в предыдущие периоды. Иными словами, успех порождает успех.

Впрочем, в упомянутых работах используются разные подходы и разные данные. Юрий Городниченко из Университета Калифорнии в Беркли и Моника Шнитцер из Университета Мюнхена пошли дальше[5] и объединили все развивающиеся страны и все отрасли в одном исследовании. Такую возможность им предоставила база данных BEEPS (Business Environment and Enterprise Performance Survey), совместно подготовленная Европейским банком реконструкции и развития и Всемирным банком. В ней собраны результаты опросов 6500 компаний в 2002 году и еще 7900 — в 2005-м, проведенных в 27 государствах с переходной экономикой. Исследователи хотели ответить на вопрос, что ограничивает предпринимателей в возможностях внедрять инновации и экспортировать свою продукцию.

Выяснилось следующее: во-первых, производительность компаний с иностранными инвестициями на 10–20% выше, чем у сугубо местных, причем разрыв этот даже увеличивается со временем. Кроме того, такие компании чаще внедряют инновации. Поскольку у исследователей было подозрение, что эффект вызван всего лишь выбором иностранцами более качественных компаний для инвестирования, подобное сравнение было проведено только для компаний, созданных с нуля. Эффект оказался аналогичным. Во-вторых, такие различия вызваны усложненным доступом местных компаний к финансированию, особенно внешнему. Наиболее ярко этот эффект проявился у компаний сферы услуг. Видимо, производственным компаниям всё-таки проще получать займы, поскольку у них больше активов, которые можно использовать в качестве залога. В-третьих, инновации и экспорт оказались взаимоисключающими вещами, тогда как в нормальных экономиках они дополняют друг друга.

Упомянутая база данных включает и Украину. Как видно из графика, наша страна находится в нижней левой части диапазона — то есть отличается низким уровнем инновационности экономики и в результате небольшими темпами роста ВВП в пересчете на рабочего. Например, только 11% компаний в Украине внедряют инновации против 44% в Евросоюзе, подсчитали в Economist Intelligence Unit. И то нам еще повезло, что мы находимся немного выше тренда — с таким количеством инноваций доходы могли бы расти и не так быстро. По поводу экспорта исследователи также как в воду глядели — зачем что-то выдумывать, если можно вывозить полуфабрикаты, пользуясь хорошей внешней конъюнктурой. Впрочем, нынешний кризис всё-таки заставил задуматься о повышении производительности.

[1] The impact of FDI on sectors’ performance evidence from Ukraine. Maryia Akulava. KSE MA Thesis. June 2008.

[2] Foreign ownership and firm performance: A closer look at offshore-owned companies in Ukraine. Olga Bilyk. KSE MA Thesis. June 2009.

[3] Measuring change in efficiency of banking system in Ukraine due to foreign entry. Antonina Tsaruk. KSE MA Thesis. June 2008.

[4] Innovation and productivity: A firm level study of Ukrainian manufacturing sector. Tetyana Pavlenko. KSE MA Thesis. 2008.

[5] Financial constraints and innovation: Why poor countries don't catch up. Yuriy Gorodnichenko and Monika Schnitzer.